Отец российского хоккея. Исполнилось 100 лет со дня рождения Анатолия Тарасова

Основоположник советского стиля хоккея Анатолий Тарасов родился 10 декабря 1918 года. В возрасте девяти лет он лишился отца и стал воспитывать младшего брата Юрия. Оба мальчика любили заниматься спортом. Братья записались в хоккейную школу «Юный динамовец», где Анатолий почти сразу стал лидером и капитаном команды.

Тарасов окончил семь классов образовательной школы, а после поступил в профессиональное училище, где получил специальность слесаря. В 1937 году был зачислен в Высшую школу тренеров при Московском институте физкультуры. До войны Анатолий наравне с хоккеем любил футбол и показывал неплохие достижения. Тарасов ушел на фронт с самого начала Великой Отечественной войны и вернулся в звании старшего майора.

В 1947-м Анатолий Тарасов занял пост тренера ЦСКА по хоккею, продолжая при этом играть. В общей сложности он провел 100 матчей, в которых забросил 106 шайб. Тарасов играл за ЦСКА до 1953 года и трижды стал чемпионом СССР (1948–1950). В 1950 году в авиакатастрофе в Свердловске в составе команды ВВС погиб его брат Юрий.

За свою тренерскую карьеру Тарасов раскрыл огромное количество хоккеистов. Именно ему принадлежит идея объединить в одну тройку Владимира Петрова, Бориса Михайлова и Валерия Харламова. Первым Тарасов заметил Михайлова, выступавшего за московский «Локомотив» и за два сезона забросившего 37 шайб. Чуть позже в «Крыльях Советов» нашел Петрова и разглядел Харламова.

«У него было чутье — распознать талант. Это как камень — если просто валяется, вы можете подумать, что он мутный, и не взять. Но когда он попадает в огранку профессионалу, то становится уникальным и красивым. Так и Тарасов брал Михайлова, Петрова, которые в других клубах, может быть, и не раскрылись бы. Меня взял в сборную в 17 лет, он говорил, что у меня есть будущее и видит, что будет толк. Он взял очень много игроков, которые при нем раскрылись, а потом вообще стали ведущими не только хоккеистами, но и тренерами», — рассказал президент Федерации хоккея России (ФХР) Владислав Третьяк, который с 1968 по 1974 год под руководством Тарасова выступал в ЦСКА и сборной СССР. 

Двукратный олимпийский чемпион Борис Михайлов благодарен Тарасову за все свои достижения. «Он сделал из меня олимпийского чемпиона, заслуженного мастера спорта, все-все сделал он. Вот одна из причин, почему я его считаю великим», — отметил Михайлов. 

Тренер-победитель 

В 1950 году Тарасов завершил карьеру игрока и сосредоточился на тренерской работе. Под его руководством ЦСКА 18 раз становился чемпионом СССР (1948–1950, 1955, 1956, 1958–1960, 1963–1966, 1968, 1970–1973, 1975). В 1957 году Анатолию Тарасову было присвоено звание заслуженного тренера СССР, а в 1958-м он стал старшим тренером советской сборной. За два года работы на этом посту команда завоевала серебро чемпионатов мира 1958 и 1959 годов, а также бронзу Олимпийских игр 1960 года в Скво-Вэлли.

Главных успехов в национальной команде Тарасов добился будучи помощником старшего тренера Аркадия Чернышева. Тарасов и Чернышев успешно проработали вместе более десяти лет. Под их руководством сборная Советского Союза с 1963 по 1971 год выиграла девять чемпионатов мира подряд, а также трижды становилась чемпионом Олимпийских игр (1964, 1968, 1972).

«Он первый, кто изучил науку побеждать, подобрал тех гвардейцев-бойцов, которым он всегда говорил, что с этим составом он готов выигрывать. Достойных кандидатов в сборную было очень много, но он набирал тех, которые были преданы ему и выполняли все указания и тактику. Он всегда говорил, что канадцы больше нас играют в хоккей, но мы научились играть в хоккей, играли в советском стиле. Ему удалось обогнать время и догнать канадцев за счет летних тренировок. Мы интенсивно тренировались по три раза в день. Он внес свою тактику, практически девять месяцев в году мы жили без семьи. Он говорил, что нам нужны только победы. Серебряные медали для нас был проигрыш, только золото», — отметил Третьяк.

Большое внимание Тарасов уделял дисциплине и атмосфере внутри коллектива. Он требовал выполнять все его упражнения и задания на тренировках и установки на игры. «Он собирал женский совет, жен хоккеистов, чтобы они были в курсе, объяснял, что понимает их чувства, что они не находятся дома. Но он мог сплотить команду, он был лидером», — поведал Третьяк.

На посту главного тренера сборной СССР, 1971 год Валентина Соболева/ТАСС

На посту главного тренера сборной СССР, 1971 год

© Валентина Соболева/ТАСС

«Принципы построения хоккея — хорошая физическая подготовка, на базе которой можно осваивать технику, тактику, давать возможность игрокам творить. Тарасов никогда не запрещал творить, поэтому при нем в советском хоккее было очень много креативных игроков. А также была сумасшедшая воля и самоотверженность», — рассказал двукратный олимпийский чемпион Борис Майоров.

После победы на Олимпийских играх 1972 года в Саппоро Тарасов и Чернышев лишились своих постов в сборной страны. Тренеры якобы отказались выполнять указание политического руководства СССР. От них требовали сыграть вничью с командой Чехословакии, чтобы сборная из соцстраны заняла второе место. Встреча завершилась со счетом 5:2 в пользу СССР, в результате чего второе место заняли американцы. После этого обоих тренеров отстранили от работы.

Уникальные тренировки и мотивация

Тарасов старался разнообразить тренировки как мог. Бывало, игроки бегали по льду с ломами над головой, привязывали себя резиновыми жгутами к бортику и старались дотянуться до шайбы, бегали изматывающие кроссы и даже прыгали с вышки в бассейн вместе с клюшками. Сам Тарасов панически боялся высоты. Однажды он прыгнул в воду первым и очень сильно ударился, но виду не показал.

«Я еще не встречал ни одного тренера, кто не повторялся бы в занятиях. Тренировки повторяются у любого тренера, в том числе и у Тарасова. Но тренировки он наполнял эмоциями, что-то добавлял, менял, у игроков не было привыкания, чувства однообразия», — рассказал Майоров.

Тарасов следил за поведением и дисциплиной своих игроков и вне хоккейной площадки. Он не позволял расслабляться никому, всегда требовал забрасывать максимально возможное количество шайб при любом счете. Он все время требовал только победы и игры на высочайшем уровне и не позволял хоккеистам зазвездиться. В сборной СССР под руководством Тарасова особенно тяжело приходилось представителям других клубов (не ЦСКА), которые не привыкли к таким нагрузкам.

«Были люди, которые добивались успеха, а потом, как он говорил, перепутали кефир с другой бутылочкой. Он быстро избавлялся от этих людей, искал новых», — рассказал Третьяк. 

«Когда я в 1971 году во второй раз выиграл чемпионат мира, я купил «Жигули», он подписался. Я подъезжаю на стадион на «Жигулях», он на «Волге». Он говорит: «Ты чего, шкет, на машине ездишь?» А говорю: «Вы же мне машину подписали». Он говорит: «Нет, нет, нет, на машине только раз в неделю, а для остальных дней есть метро, чтоб ты ходил со всеми и ножки у тебя не застаивались. Но я подъезжал к бассейну, там оставлял машину и шел пешком, чтобы он видел, что я хожу», — признался президент ФХР.

С вратарями сборной СССР Владиславом Третьяком и Виктором Коноваленко, 1970 год Валентина Соболева/ТАСС

С вратарями сборной СССР Владиславом Третьяком и Виктором Коноваленко, 1970 год

© Валентина Соболева/ТАСС

Тарасов не только умел организовать уникальный тренировочный процесс, но был еще и великолепным мотиватором. Запоминающийся момент случился во время заключительного матча чемпионата мира 1971 года в швейцарской Женеве. Советским хоккеистам для завоевания золотых медалей первенства нужна была только победа в игре с командой Швеции. После двух периодов сборная СССР уступала со счетом 2:3.

«Игра у нас не очень шла, мы сидели в раздевалке и думали, что Тарасов нам что-то скажет жесткими сложными словами, но он пришел, сел на скамейку, посмотрел на нас. Мы думали, что он скажет, а он запел «Черный ворон». Мы сначала не поняли, в чем дело, но потом вылетели из раздевалки и обыграли шведов 6:3, — вспоминает Третьяк. — Он мог только на тебя посмотреть, тебе было бы уже не очень комфортно. Если в раздевалке у него плохое настроение, просто в ту сторону, где он сидел, никто не смотрел. Не хотелось попадаться ему на глаза».

«Главное слово перед игрой и в перерыве всегда принадлежало Аркадию Ивановичу (Чернышеву). Конечно, Анатолий Владимирович тоже говорил. Если было плохо или хорошо, он на это указывал. Все зависело от характера игры: если проигрывали канадцам после первого периода, то это один разговор, а если в такой же ситуации команде ГДР — другой разговор. Разные соперники, разные требования, разный анализ», — рассказал Майоров.

Успешный семьянин и любитель капусты

Помимо профессиональных качеств Тарасов обладал и незаурядными человеческими. Летом 1939 года Анатолий Владимирович вступил в брак с одногруппницей Ниной. У семейной пары родились две дочери: старшая Галина (учитель) и младшая Татьяна — заслуженный тренер России по фигурному катанию.

Татьяна Анатольевна уверена, что Анатолий Владимирович был идеальным отцом. По ее словам, немалая часть качеств, которые помогли ей в жизни, достались именно от него. Он посоветовал ей заняться спортом и фигурным катанием в частности.

Анатолий и Татьяна Тарасовы, 1987 год Игорь Уткин/ТАСС

Анатолий и Татьяна Тарасовы, 1987 год

© Игорь Уткин/ТАСС

«Я счастливый человек. Папа определил мою профессию буквально одним словом. Я была непригодна для профессионального спорта, просто профнепригодна, у меня выскакивали руки. Мы все сидели за столом, и он спросил маму, что я буду делать. Мама сказала, что я хочу пойти в ГИТИС (Институт театрального искусства). Папа посидел, подумал и сказал, что у нас в семье артистов не было и не будет. Посоветовал маме брать детей на каток. И вот так с 19 лет я пошла туда, на Стадион юных пионеров. На каток, где я выросла, где было выращено много олимпийских чемпионов. Но который, к сожалению, сейчас похоронен под большими зданиями», — вспоминает Тарасова.

«Думаю, что от отца мне перешла преданность своему делу, непокорность. Папа говорил, что каждую тренировку я должна проводить как последнюю в жизни. Я к этому очень стремилась. Я строгая от папы и очень доброжелательная от мамы. Думаю, мне удалось это соединить», — отмечает дочь хоккейного тренера.

Кроме хоккея Тарасов хорошо играл в теннис. Также у него было хобби — мариновать помидоры и делать домашние наливки. Как сообщают источники, в багажнике своей «Волги» он всегда возил водку, настойки на спирту собственного приготовления, те самые соленые помидоры и квашеную капусту.

«Он любил капусту, любил собирать грибы. Едем где-то в Швеции, и он как закричит: «Вот белый гриб, вот подосиновик». То есть едет в автобусе и смотрит, где грибы растут. Но я с ним за грибами ни разу не ходил. Он приглашал потом всех на дачу, я у него тоже был, у него там всегда была квашеная капуста, грибочки, водочка», — рассказал Третьяк.

След в журналистике

В 1974 году Анатолий Тарасов покинул пост тренера ЦСКА, а в 1975-м вернулся в футбол, возглавив команду армейцев, которая под его руководством заняла 13-е место в высшей лиге. В том же году Тарасов был введен в Зал хоккейной славы в Торонто, а в 1997-м — в Зал славы Международной федерации хоккея (IIHF). Именем Тарасова назван один из дивизионов Континентальной хоккейной лиги (КХЛ).

«То, что канадцы, которые считают своих тренеров самыми сильными, признали его, советского тренера, — это огромная заслуга всей страны», — отметил Третьяк.

Анатолий Тарасов и Аркадий Чернышев, 1965 год Вячеслава Ундасин/ТАСС

Анатолий Тарасов и Аркадий Чернышев, 1965 год

© Вячеслава Ундасин/ТАСС

«Уникальность Тарасова в том, что он построил наш хоккей, уловив взаимосвязь между характером русского человека и характером игры, — считает Майоров. — Он заложил основные принципы построения, ни один из его соратников этого не сделал».

После окончания тренерской карьеры Тарасов работал журналистом, в том числе писал аналитические статьи для ТАСС. Сборная СССР в 1976 и 1977 годах не смогла выиграть чемпионат мира, завоевав серебряные и бронзовые медали. По окончании мирового первенства 1977 года в ТАСС вышел большой материал Тарасова об итогах турнира и проблемах российского хоккея. В нем заслуженный тренер СССР затрагивал вопросы как системы развития детского хоккея в стране, так и критиковал тренерский штаб советской сборной во главе с Борисом Кулагиным и Константином Локтевым.

Жизнь Анатолия Владимировича трагически оборвалась 23 июня 1995 года. При сдаче анализов в кровь Тарасова попал вирус, который и стал причиной его смерти. Инфекция спровоцировала инсульт, и это ускорило уход. Великий тренер умер в больнице.

Тарасов — создатель современного хоккея. Американский и канадский хоккей вырос на его книгах, они взяли из них многие упражнения. В Северной Америке Тарасова почитают как выдающегося тренера и очень многое у него почерпнули. Многие зарубежные специалисты приезжали в СССР — и шведы, и североамериканцы. Они видели, как он строит тренировки, и перенимали все самое лучшее.

Артем Крук